Илья Одинец - Часть 3. Глава 5. Обжалованию не подлежит

Глава 5. Обжалованию не подлежит

Ломбард располагался на первом этаже обыкновенной панельной девятиэтажки. Гилрод осмотрел окрестности через монокль и увидел яркие сине-зеленые всполохи магии.

- Мы по адресу, - улыбнулся оперативник и, не убирая монокль, открыл дверь.

Под ломбард выкупили большую трехкомнатную квартиру, две смежные комнаты которой превратили в один длинный торговый зал. На полу в шахматном порядке лежали черные и белые плитки, вдоль стен по обеим сторонам от двери тянулись стеклянные витрины, за которыми располагались деревянные полки. Здесь размещались старые ламповые мониторы, самовары, электрические чайники, микроволновые печи, утюги, кухонные приборы, в витринах лежали часы, старинные монеты и очень много ювелирных изделий.

В углу сразу за дверью на стуле клевал носом внушительного вида охранник в синей форменной куртке и брюках. За прилавком сидела полная женщина с большими мясистыми руками и рыжими кудрями. Она читала детективный роман, но при виде посетителей оторвалась от книги.

Гилрод скользнул по ней взглядом и вернулся к полкам. Каждый предмет, каждая монетка и сережка в этом помещении просто дымились сине-зеленым.

- Купите колечко для своей дамы, - произнесла продавщица, а потом, рассмотрев монокль, встревожено позвала: - Юра!

Охранник вскочил:

- Что вам нужно? – спросил он и положил ладонь на рукоять пистолета, торчащую из кобуры на боку.

- УВПП, - представился Гилрод. – Вам предъявляются обвинения в незаконном распространении магических артефактов в техно-мире.

Юрий вытащил пистолет и направил на оперативника.

На руке оборотня висела ветровка, которой он прикрывал большой кухонный нож. Слава отбросил куртку и с размаху ударил охранника рукояткой по руке. Тот всхлипнул, дернулся, но пистолет не выронил. Не обращая внимания на холодное оружие, схватил парня за руки, бросил на пол и придавил коленом поясницу и приставил к голове пистолет.

Торговка сунула руку под прилавок. Оперативник одним движением перемахнул через стойку, но рыжая отбежала в дальний угол. На случай ЧП у этих двоих был разработан четкий план действий.

Ефросинья метнула в женщину заряд оранжевого пламени, но та уклонилась, и пламя, влетев в микроволновку на полке, прогремело взрывом. Посыпались осколки.

Охранник защелкнул на запястьях оборотня наручники и бросился к юной магичке. Гилрод сжал в кулаках амулеты и швырнул в охранника и продавщицу синие лучи. Юрий отшатнулся, будто его ударили током, а тетка немыслимым образом уклонилась и направила на нападающего руку. В сторону оперативника один за другим стали вылетать тонкие длинные скользкие живые веревки. Гилрод выругался, отбил первые четыре, а в пятой запутался.

Ефросинья присела, сложила руки над головой в Знак «Люьт» и швырнула в ведьму заклятьем. Та ахнула и осела на пол.

Тем временем оборотень трансформировался в собаку, выскользнул из наручников и повалил охранника на пол.

- «Молин»! – скомандовал Гилрод, оставив попытки избавиться от веревок, которые уже связали его ноги.

Ефросинья швырнула в продавщицу обездвиживающее заклинание, а управленец довершил начатое. Тетка оказалась запертой в стеклянной клетке с толстыми, с руку, прутьями. Клетка начала стремительно сжиматься, упаковывая пленницу, согнула ее пополам, подкосила колени и впечатала голову в толстые ляжки.

Охранник сидел в углу, поджав колени, обхватив голову руками, и трясся от страха. Огромный белый пес прижимал его передними лапами, на синюю форменную куртку из оскаленной пасти капала слюна.

- Я тут ни при чем! – выкрикнула продавщица. – Я просто продаю!

- Не пытайся прикрыться трудовым законодательством, - прорычал оборотень, не оборачиваясь.

- Ты оказала сопротивление, использовала магию, - добавил Гилрод и разрезал веревки на ногах серебряным перочинным ножом. – Это прибавит к твоему приговору несколько неприятных месяцев.

- Если ты исполнитель, то где хозяин? – спросил пес. – Где глава?

Гилрод, наконец, избавился от пут, поднялся и подошел к стеклянной клетке.

- Отвечай. Кто здесь всем заправляет?

Он положил на клетку ладонь, и стеклянные прутья ощетинились острыми шипами осколков. Шипы впились в тело ведьмы, и та завизжала:

- Отпустите, все скажу!

- Зачем вы поставляете магические предметы в техно-мир? – спроси Гилрод, но руку с клетки не убрал.

- Мы не хотели! – взвизгнула продавщица. – Это побочка!

- Побочка чего?

- Через Москву мы транспортируем аккумулин!

Ефросинья наколдовала веревку и связала охранника, а оборотень, трансформировавшись в человека, поднял с пола куртку и повязал вокруг бедер, прикрыв причинное место.

- Куда транспортируете? – спросил Гилрод.

- Туда, где за него платят!

- Стало быть, ломбард – прикрытие, - задумчиво произнес оборотень, перемахнул через стойку и пошарил за прилавком. – Где книга продаж?

- Отпустите! Все покажу! И книгу, и деньги, и аккумулин! Только отпустите, я здесь ни при чем!

- Книгу нашел, - отрапортовал Слава и вытащил на прилавок синюю «Книгу учета». – Смотри-ка! Тут даже фамилии покупателей!

- Поищи там нашего врача и целителя, - попросил оперативник и рубанул ладонью по клетке.

Стекло разбилось, засыпав ведьму острыми осколками. Женщина, все еще не в силах распрямиться, поползла к прилавку. Потеснила оборотня и нажала какую-то кнопку. Одна из стен отъехала в сторону. Оборотень остался в торговом зале листать книгу, а Гилрод и Ефросинья пошли вслед за ведьмой.

- Я ее держу, - произнесла девушка.

Управленец понял, что торговка не просто так не могла выпрямиться.

В соседней комнате они увидели две двери: одна вела в санузел, а вторая – в кладовку. Кладовку переоборудовали в настоящий банковский сейф, закрыли на замок и опечатали защитными Знаками.

Между дверями в санузел и сейф прямо на обоях была нарисована пентаграмма прямого перехода.

- Ничего не боятся! - восхитился оперативник. – Даже коридор не закрывают!

Гилрод внимательно рассмотрел каждый Знак координат и присвистнул.

- Слава будет смеяться, когда узнает, откуда ноги растут. Его высочество Окари развлекается не только в своем королевстве! Эй, ты! Можешь открыть сейф?

- Гилрод! – крикнул из торгового зала оборотень. – Быстрей! Ведьма вызвала подмогу!

Похоже, рыжая торговка успела нажать тревожную кнопку, потому что прямо из стен, сквозь полки и витрины, вышли четверо мужчин без лиц. Они одновременно вскинули руки и шарахнули по оборотню и оперативнику электрическим разрядом. Слава пригнулся, перекинувшись в собаку, а Гилрод не успел – часть молний все же в него попала. Он рухнул на колени, сорвал с шеи оставшиеся медальоны и зашептал заклинание.

В эту секунду в дверях появилась Ефросинья. Он вышла, держа руки, сложенные Знаком «Чарыш». Двое безлицых кинули в нее заклинание, еще двое направили руки на огромного белого пса. Но, похоже, эти четверо все проблемы привыкли решать с помощью магии. Пригнувшись, пес пробежал за прилавком и выскочил рядом со стоявшими в центре зала безлицыми. Мощным телом он сшиб двоих и вцепился одному из них в шею.

Пока второй пытался откатиться в сторону, Гилрод кинул в двоих оставшихся на ногах каменные кулаки, а Ефросинья – жидкую горячую смолу. Безлицые завопили, потянули руки к головам, чтобы содрать с себя обжигающую субстанцию, но каменные кулаки впечатали их в витрины. Хранилища драгоценностей взорвались дождем стекла и золота.

Оборотень нейтрализовал третьего, а шею четвертого предупреждающе сжал зубами. Человек дернулся и замер, стараясь не шевелиться.

Гилрод тяжело опустился на пол. Электрический снаряд, который он словил, его подкосил.

- Этого не хватит, - произнес он, осмотрев поле битвы.

Посреди разгромленного ломбарда лежал один труп – жертва оборотня (он Весами зачтется как минус), два агонизирующих, но живых скулящих безлицых, и напуганный, но тоже живой четвертый, шея которого находилась в большой опасности – эти трое пойдут в «плюс». Охранник, связанный девушкой, умудрился сбежать (тут по нулям), а за ведьму, которая оказалась вовсе не хозяйкой ломбарда, зачинщицей всего безобразия, Весы много не дадут.

- Нужно дождаться хозяев, - произнес Гилрод. – А этих переправить в Отстойник.

- Отпусти его, - попросила Ефросинья Славу, сделала пасс рукой и опустилась рядом с Гилродом. – Ты как?

- Жить буду.

Оборотень отошел от безлицего, но тот даже не шевельнулся.

- Я его заморозила, - объяснила магичка. – Оттает, когда скажу.

- Созданный нами выброс энергии не могли не зафиксировать, - произнес оперативник. – Скоро сюда разведчика, а может, сразу карателя.

Он тяжело поднялся, вышел в центр торгового зала, вытащил из внутреннего кармана кожаной куртки серебряный нож и чиркнул по ладони.

- Я помогу, - вызвалась Ефросинья.

Оперативник протянул нож девушке, и принялся капать на линолеум. Магичка добавила каплю своей крови, потом резанула руки у всех четверых: троих безлицых и ведьмы, которая на шум ползком выползла в торговый зал. Для пентаграммы требовалась кровь всех, кто будет перемещаться.

- Без Ольхеста прямой портал в Отстойник открыть не получится, - произнес Гилрод, - их придется вести через атлантов.

- Я их провожу, - предложила девушка.

Управленец вызвал в памяти огненно-оранжевые символы координат Отстойника и тщательно перенес их на внешнюю сторону окружности.

- Возможно, идти придется долго, - предупредил он магичку. – Длина коридора зависит от количества грехов всех перемещающихся.

- Я готова.

Девушка сотворила из воздуха огненные веревки, обвила их вокруг пленников и потянула на себя. Четверка, словно зомби, последовала за хозяйкой. Ефросинья толкнула их в пентаграмму.

- Я вернусь, - пообещала она и исчезла следом.

* * *

Я проводил Ефросинью взглядом, и, когда она исчезла в пентаграмме, повернул голову к белобрысому.

- Ты специально ее отослал?

- И да, и нет, - уклончиво ответил Гилрод.

Он прошел вдоль разбитых витрин, собирая монетки.

- Мародерствуешь?

Белобрысый криво усмехнулся.

- Пополняю арсенал. В этих вещах полно магии, любую можно использовать, как оружие.

- Если бы я умел, то обязательно взял бы это, - я показал на фен для волос. – Получилась бы просто офигенная пушка! Думаешь, нам долго ждать хозяев?

- Окари вряд ли придет, - откликнулся управленец, – его лишили магии. Но он обязательно пришлет подмогу. Те безлицые наверняка успели отправить своим сигнал бедствия. Скоро здесь будет целая армия.

Я трансформировался в человека, подобрал Иркин нож и положил на прилавок. Сам перемахнул через стойку и вернулся к книге продаж. Дотошная ведьма вела строгий учет всех проданных магических вещей. Она указывала фамилии и инициалы посетителей, а также вещи, которые ими куплены. Как именно ведьма узнавала фамилии, я не непонял, однако журнал очень пригодится карателям, которым придется изымать магические предметы у населения. Я начал листать тетрадь с конца и увидел фамилию Мелехов, покупка - кофеварка.

- Нашел целителя! – объявил я Гилроду и продолжил сканировать строчки. - Вот и наш хирург – Мухин А.А. товар – нож с длинной ручкой и укороченным лезвием.

Я наскоро пролистал книгу. Неожиданно взгляд зацепился за фамилию Филатов. Инициалы – О.А.

- Дятел? – от неожиданности я произнес прозвище друга вслух.

Может, совпадение? Мало ли в Москве Филатовых с такими инициалами? Покупка была совершена почти два года назад и значилась в книге учета как «Военная фляга».

Книга ведьмы была исписана практически полностью, я повернул ее и посмотрел на заднюю обложку, почти девяносто шесть листов. Ну, пускай, восемьдесят пять. На каждой странице умещалось примерно пятнадцать фамилий с кратким описанием товаров, а значит, за время работы ломбарда в квартирах москвичей появилось две с половиной тысячи магических предметов. Не мудрено, что новости то и дело кричат об очередных чудесах.

Я закрыл тетрадь и вернулся в тело собаки. Ходить голым босиком по осколкам витрин мне не понравилось, к тому же, как выяснилось, в облике псины от меня куда больше пользы.

Гилрод закончил со сбором магических монеток, откинул крышку стойки и направился в смежную комнату. Я последовал за ним. В ванной белобрысый включил кран и набрал в ладонь немного воды. Затем вернулся к пентаграмме перехода, произнес заклинание и подбросил воду к потолку. Капли веером разлетелись по воздуху.

- Повторяй! – попросил он и стал произносить формулу.

Я повторил каждый слог, и капли, повисшие между полом и потолком, постепенно собирались группами, выстраиваясь в силуэт Весов.

- Осталось не так уж и много, - белобрысый наклонил голову, рассматривая чаши.

- Совсем чуть-чуть, - согласился я.

Но, несмотря на явный прогресс, я почувствовал разочарование. Я ожидал, что чаши хотя бы сравняются, а в глубине души надеялся, что «наша» перевесит. Значит, меня все-таки казнят? Может, пока не поздно, лучше сделать ноги?

Я посмотрел на белобрысого и понял, что не могу бросить своего спасителя. Я сам согласился заключить Договор и не мог предать того, кто ради меня рискнул собственной жизнью.

- Я вернулась! У вас все в порядке?

В комнату вошла Ефросинья.

- Как прошло? – поинтересовался я.

- Атланты были очень добры, - улыбнулась девушка.

- Особенно Рэ, - нахмурился Гилрод. – Ты стерла пентаграмму перехода?

Магичка кивнула

- Было очень интересно, а обратный путь занял совсем немного времени. Правда, я все время боялась заблудиться в полной темноте, поэтому пришлось воспользоваться магией и подсветить переход.

Ефросинья посмотрела на Весы.

- Ух ты! Осталось совсем немного!

- Повторяешь мои слова, - заметил оборотень. – Если все получится, вечером Гилрод сможет вернуться в Управление, а меня перестанут искать, чтобы казнить.

В этот момент по периметру двери в ванную комнату начал пробиваться ярко-белый свет.

- Кажется, у нас гости, - произнес Гилрод и сжал в кулаках монетки.

Я присел, готовясь к прыжку. Ефросинья охнула, отошла в сторону и тоже приготовилась атаковать.

Дверь открылась. На пороге стоял каратель – высокий мужчина в черной форме с черным непрозрачным шлемом на голове и ярко-красной цифрой пятьдесят три на груди. В руках он держал короткую толстую черную палку, с конца которой струился яркий сине-зеленый поток. Это магия! И ее было столько, что видел даже я!

- Привет, Макс, - поздоровался белобрысый и опустил кулаки. – Не скажу, что рад тебя видеть.

Черный кивнул. Стекло его шлема начало светлеть, постепенно обретая прозрачность, и я узнал лицо человека, который хотел отправить меня в Москву после обмена с Гилродом в Отстойнике.

- Офигеть! Ты же должен быть на нашей стороне! – произнес я с удивлением и возмущением.

Каратель на меня даже не посмотрел.

- Я тебя ждал, - грустно признался белобрысый. – Сюда они должны были прислать лучшего, а лучше тебя никого нет.

- Прости, - холодно отозвался Макс. – Это моя работа. Вам придется пройти со мной.

- Не вынуждай нас драться с тобой, - угрожающе оскалился я.

Каратель качнул дубинкой, но нападать не спешил.

- Дай нам немного времени, - попросил Гилрод и показал на Весы, которые все еще сверкали в свете люстры под потолком. – Осталось совсем чуть-чуть.

- При других обстоятельствах, я бы вам даже помог, но не могу. Физически. Это мое наказание за наш с тобой обмен: арестовать и привести для казни.

- Если не можешь помочь, - произнес я, - то хотя бы не мешай.

- Я не могу вас отпустить.

- Мы и не просим, нам нужна всего пара часов.

Гилрод прошел в торговый зал и поманил Макса за собой. Увидев творящееся там безобразие, каратель присвистнул.

- И это в Москве?! Поверить не могу! Столько магии!

- Нарушители переправлены в Отстойник, - произнес Гилрод. – Но как вы вычислили наши координаты так быстро? Кто нас сдал?

- Угадай?

- Атланты?

Каратель кивнул.

- Но почему?

- А потому. Кто вносил на рассмотрение рациональное предложение номер двести тридцать пять об изменении процедуры перехода, минуя атлантов?

- Они меня слышали?

- И обиделись. Точнее, справедливо рассудили, что будь у них чувства, они бы обиделись. Если б не твоя неосторожность, мы бы искали координаты возмущений еще не меньше суток.

- А Ольхест? Кто узнал о его помощи нам?

- А чего там знать? – удивился Макс. – Вы же друзья. Связиста отстранили во избежание, никакого наказания на не наложено, потому что не доказана вина. Если на суде будешь все отрицать, его не тронут.

- Разумеется.

- Вы хорошо поработали, - похвалил каратель.

- Только не вышли на голову. Руки в Отстойнике, а сам организатор не пойман.

- Думаешь, он появится?

- Если не он, то еще несколько исполнителей, - кивнул Гилрод. – И тогда Весы должны будут встать на нашу сторону. Подождешь?

Макс помолчал, а потом кивнул.

- Спасибо, - поблагодарил я.

- Спасибо, - произнес Гилрод. – Я понимаю твое положение и обещаю, что ни я, ни Слава не убежим.

В эту же секунду по периметру торгового зала из стен начали выходить безлицые. Сами же стены разошлись в сторону, открывая пространство для битвы, полуразбитые витрины отодвинулись, на месте осталась только стойка с книгой учета продаж.

- Твою мать! – произнес Макс и нажал на шлеме кнопку экстренной связи.

* * *

- Ефросинья, Макс! Щиты!

Гилрод быстро принял решение и, не дожидаясь исполнения команды, швырнул в ближайших безлицых шаровой молнией. Он вложил в удар всю силу, подчистую осушив зажатые в кулаках монетки. Пригибаясь, прячась за стойкой, он бросился к стене, куда уехали разбитые витрины с источниками магии.

Ефросинья и Макс выставили щиты практически одновременно. Огненный вихрь окружил их и оборотня, с низким гулом вознесся к потолку, но вреда не причинил.

Шесть или семь безлицых побежали к Гилроду, но тот рыбкой скользнул вперед, врезался в витрину, опрокинул ее и лег прямо на высыпавшиеся часы. Источник магии сработал – из ладоней вылетела серебряная сеть с грузилами по углам. Безлицые рассыпались, но двое, спеленатые по рукам и ногам, тяжелыми колодами рухнули на пол.

Огненный шторм прекратился так же внезапно, как и начался. Оборотень выскочил из-за щитов и тараном понесся на безлицых. Сшиб с ног двоих, третьему вцепился в рукав, дернул и повалил на пол.

Макс и Ефросинья переглянулись и разошлись в противоположные стороны. Каратель поднял дубинку над головой и изо всех сил ударил о пол. От места удара во все стороны по черно-белым квадратикам плиток заструился поток воды. Едва дотронувшись до сапог безлицых, она замерзала и превращалась в толстый, полуметровый лед. Пять или шесть врагов застряли, а остальные, поняв, что происходит, направили на пол огненные струи.

Оборотень, повалив одного из противников, вцепился в лодыжку второго. Третьего мощным толчком свалил на пол, но в ту же секунду почувствовал, как в его морду впилось что-то большое и розовое. Пес потерял ориентацию, заскулил и бросился вперед.

- Сюда! – крикнул Гилрод и швырнул заклинание.

Оборотень шарахнулся в сторону, наткнулся на витрину и тяжело рухнул на стекла.

- Слава!

Гилрод подобрал с пола несколько золотых побрякушек, собирая силы, но безлицые оказались быстрее. Удар. Оперативник упал, налетев о витрину, и замер.

- Гилрод! – Ефросинья, укрывшись щитом, выпустила в воздух серый дым и бросилась к управленцу.

Пригибаясь и уворачиваясь от летевших в него молний, Макс швырял в нападающих остроконечные звезды, стараясь отвлечь внимание от друга, но шесть или семь безлицых, чеканя шаг, направились прямо к Гилроду. Их снаряды отлетали от щита Ефросиньи, которая пыталась привести оперативника в чувство, но физический контакт непременно разрушит защиту.

- Твою мать! – выругался Макс и ринулся на помощь. – Где вас черти носят?!

Последняя фраза была обращена к запаздывающей подмоге.

В ту же секунду, словно услышав упрек, воздух взорвался оглушительным воем сирены. Каратель вздрогнул. Безлицые присели от неожиданности и стали оглядываться.

Шум заставил Гилрода открыть глаза. С одного взгляда он оценил обстановку, сотворил терновый венец и опутал им сразу троих. Затем швырнул в лежащего оборотня контрзаклинание. Розовый паразит, впившийся псу в морду, с громким чмоком отвалился и растекся кровавой лужей. Оборотень тряхнул головой и с трудом поднялся на ноги.

Каратели прибыли вовремя. Как и безлицые они ворвались в помещение прямо сквозь стены и открыли огонь. Один за другим безлицые оказывались связанными толстыми кожаными ремнями, отсвечивающими сине-зеленым.

Гилрод догадался, что если не поспешит, на их счет больше не зачтется ни один безлицый. Он выставил руки, но ничего не произлошло, все доступные источники магии иссякли.

- Я буду проводником, - Макс встал позади друга и положил руки ему на плечи.

Оперативник развел ладони. Между ними всеми цветами радуги заискрилось заклинание. Взмах, и ближайший к нему безлицый застыл соляным столбом.

В воздухе мелькали молнии. Безлицые не желали сдаваться без боя, но проигрывали. Каратели, за плечами которых числился не один десяток битв, перегруппировались, и атаковали мощно и беспощадно.

Гилрод швырял один соляной шар за другим, но успел обездвижить лишь четверых, когда увидел, что вцепившийся в горло очередному безлицему оборотень, как подкошенный рухнул. Его лапы оказались связаны толстыми искрящимися кожаными ремнями.

- Ефросинья!

Оперативник обернулся. Девушка сидела на полу, как и оборотень, связанная по рукам и ногам.

- Твоя очередь.

Макс опустил руки, и Гилрод понял, что больше не видит ни блеска ремней, ни сине-зеленых всполохов, наполнявших торговый зал. Магии больше не было.

Каратели замерли.

Противник нейтрализован, остался последний нарушитель.

Гилрод повернулся к Максу и протянул руки. В ту же секунду его тело опутали толстые коричневые ремни.

- Вы обвиняетесь в нарушении закона, - громко произнес Макс, - и будете переправлены в УВПП для вынесения приговора.

- Мы успели? – оборотень бросил тоскливый взгляд на оперативника, но тот смотрел только на Ефросинью.

- Не бойся! – ободрил он девушку. – Тебе ничего не сделают. Ты ничего не нарушила.

- Я не за себя волнуюсь, - покраснев, ответила магичка.

- Очень надеюсь, что теперь Весы встали на вашу сторону, - негромко произнес Макс и выкрикнул: - Готовь порталы перехода!

* * *

В главном судебном зале было многолюдно. В огромном помещении с трибунами располагались не только судьи в черных плащах и надвинутых на лица капюшонах, но и множество зевак. Для них выделили специальную ложу у западной стены, но даже три яруса стульев не смогли вместить всех желающих. Некоторые толпились возле двух дверей на противоположных концах зала, другие – возле клеток с подсудимыми.

Ажиотаж объяснялся беспрецедентностью случая. В последний раз похожее дело рассматривалось на заседании более двух сотен лет назад.

Сегодня судили оборотня-убийцу, орудовавшего в техно-мире, оперативника УВПП, который обменялся с ним в Отстойнике, и их сподвижницу – молодую девушку, чей невинный облик так не сочетался с компанией отпетых головорезов.

Гилрод, оборотень и Ефросинья стояли в клетках в центре зала напротив длинного стола, покрытого зеленым сукном.

Оперативник всмотрелся в лица судей, и подумал, что испытывает де-жа-вю: перед ним, пролистывая толстые папки дел, сидели трое главных судей в белых балахонах и белых перчатках: ящероподобный Кхмед, эльфийка с длинными пальцами и Шупейн – противный тип с татуированной головой. Он сидел в центре и, как всегда, наверняка был настроен против Гилрода.

- Начинаем заседание! – крикнул Шупейн. – Тишина в зале!

Свет в помещении погас, прожекторы осветили зеленый стол с тремя белыми фигурами и стоящие напротив них клетки с заключенными.

- Первый обвиняемый, - произнес татуированный, - Владислав Тимченко. Спонтанный оборотень. Совершил три убийства в теле собаки, находясь в техно-мире.

Гилрод бросил взгляд на Славу, но тот даже не шелохнулся, так и стоял, гордо подняв голову, вцепившись побелевшими пальцами в прутья клетки. Его, казалось, не волновало ни происходящее, ни то, что он стоял перед тысячей зрителей абсолютно голый. Их привезли в зал суда даже не дав переодеться, а клетки не позволяли использовать магию, поэтому ни Гилрод, ни Ефросинья не могли помочь парню, а сам он не мог перекинуться в собаку.

- На предыдущем слушании, - продолжил судья, - на его защиту встал оперативник УВПП Гилрод, сын Меовена, внук Борхеста. Его показания были учтены при вынесении приговора. Тимченко приговорен к смертной казни.

По рядам зрителей пробежала волна перешептываний. Оперативник повернул голову и внезапно увидел Ихму. Ведьма – хранительница традиций и главная хозяйка Отстойника – не мигая смотрела на Гилрода. В ее глазах читались азарт и нетерпение. Видимо, ей очень хотелось поскорее услышать обвинительный приговор, и после приведения его в исполнение, заполучить для своей коллекции хрустальных фигурок желанную статуэтку слишком правильного управленца.

Оперативник отвернулся и дал себе слово больше не смотреть на даму в широких красно-зеленых клетчатых брюках и белой блузе.

- Не согласившись с приговором, - продолжал судья, - Гилрод совершил обмен с Владиславом Тимченко, приняв на себя все грехи подсудимого.

Зал зашумел еще больше.

- Просим соблюдать тишину! – выкрикнул ящероголовый.

- Иначе мы будем вынуждены обойтись без лишних свидетелей! – повысила голос эльфийка.

Шум прекратился,

- На очном заседании в присутствии наставника Гилрода дело оборотня было рассмотрено повторно. Мерой наказания за обмен и взятые на себя преступления, было определено пожизненное заключение, однако суд учел безупречную десятилетнюю службу оперативника, поэтому милостиво заменил заключение казнью.

- Подсудимый! – обратилась к Гилроду эльфийка. – По доброй ли воле вы совершили обмен с Тимченко?

- По доброй, - отозвался управленец.

- Раскаиваетесь ли вы в содеянном? – поинтересовался Кхмет.

- Не раскаиваюсь.

В зале снова послышались разговоры.

- Достаточно! – рассердился Шупейн. – Ихма! Освободи помещение!

Ведьма нехотя поднялась со стула и замахала руками. Один за другим стулья с сидевшими на них зрителями, стали проваливаться прямо сквозь пол, и спустя полминуты зал оказался очищен от посторонних. Ведьма поклонилась и вернулась на свое место, теперь она сидела в полном одиночестве, но, как показалось оперативнику, ничуть из-за этого не расстроилась.

- Продолжим, - кашлянул Шупейн. – Обмен Тимченко и Гилрода не стал последним. Еще один сотрудник Управления совершил повторный обмен в Отстойнике, сменив Гилрода и взяв на себя его грехи.

- Как его имя? – поинтересовалась эльфийка, - я пропустила то заседание.

- На последующем за обменом заседании членов суда карателю вынесено наказание. Исходя из того, что обменявшись с Гилродом, он взял на себя только его грехи, преступления оборотня остались на совести Гилрода, а потом вернулись к Тимченко. Карателю было вынесено суровое предписание. Он понес наказание и исполнил долг. С целью сохранения его репутации мы не станем называть его имя.

Гилрод выдохнул. Отныне Макс чист.

- Помимо карателя, бежавшим из-под стражи Гилроду сыну Меовена, внуку Борхеста и Владиславу Тимченко предположительно помогал связист Ольхест. Но его вина до сих пор не доказана.

- Признаете ли вы, - произнес Кхмет, - что во время, когда вы скрывались от правосудия, вы пользовались служебным положением и наработанными за годы службы связями?

- Признаю, - кивнул Гилрод и уточнил: – я воспользовался служебным положением, использовав амулеты, которые получил для исполнения служебных обязанностей.

- Признаете ли вы, - перефразировала вопрос соседа по столу эльфийка, - что пользовались помощью связиста Ольхеста?

Вопрос был задан в лоб. Сидя в клетке, лгать Гилрод не мог, поэтому ответил:

- Признаю. Пользуясь служебным положением, а также чувством долга помочь старинному другу, я заставил Ольхеста сообщать мне необходимые сведения.

- Заставил? – хмыкнул ящероголовый.

- Вынудил, - подтвердил Гилрод и зажмурился.

Но наказания не последовало. Вероятно, в глубине души он именно так и считал, и эта, как показалось ему, выдумка, сидела в голове гораздо прочнее, чем убеждение в добровольной помощи Ольхеста.

Тем лучше.

- Связист Ольхест отстранен от работы с Гилродом сразу, как только появились подозрения в его соучастии, - произнес Шупейн.

- За отсутствием вины обвинения предъявлены не будут, - подытожила эльфийка.

Гилрод бросил ободряющий взгляд на Славу, но тот смотрел прямо перед собой, ожидая приговора.

- После совершения побега, - продолжил татуированный, - Тимченко и Гилрод провели ритуал зачета дел, заключив Договор с Весами.

- Это говорит об их желании искупить вину, - одобрила эльфийка.

- Это не может служить основанием для поблажек, - отрезал Кхмет. – Ритуал Договора с Весами заключают в попытке избежать наказания.

- Совершая добрые дела, - добавила эльфийка. – Желание творить добро уже повод для проявления снисхождения.

- Мы не станем спорить, - прервал коллег Шупейн. – Гилрод, мы хотим взглянуть на ваши Весы.

Вот он, момент истины.

Клетка вокруг оперативника растворилась, и он посмотрел на товарища. Оборотень, освободившись от запрета трансформироваться, тут же перекинулся в собаку.

- Возьми, - эльфийка протянула оперативнику стакан воды.

- Повторяй, - попросил Гилрод Славу.

Пробормотав заклинение, оперативник выплеснул воду вверх.

Крохотные капли алмазными искрами застыли в воздухе.

Оборотень подошел к другу и встал рядом. Вместе они читали заклинание, выстраивая капли в силуэт. При последних звуках, Весы пришли в движение.

Чаша «плюс» перевесила.

- Есть! – обрадовался оборотень и запрыгал по залу, но потом, опомнившись, вернулся к оперативнику и снова встал рядом, замерев, словно гигантское чучело.

- Что ж, - Шупейн побледнел, затем покраснел, а потом и вовсе побагровел. – Результат видят все присутствующие.

- Добро снова победило, - улыбнулась эльфийка и протянула оперативнику ладонь. – Рада за тебя, Гилрод.

Мужчина галантно поцеловал длинные пальцы, обтянутые тонкой белой тканью, и выпрямился.

- Все обвинения снимаются, - произнес Шупейн, скривив рот.

- Оперативник Гилрод, - взял слово ящеролицый, - вы восстановлены на службе, однако вам выносится замечание, которое будет занесено в личное дело.

- Я знал, что все обойдется! – радостно шепнул оборотень.

- Владислав Тимченко, - вынесла вердикт эльфийка. – Ваши преступления аннулированы, вам предписывается вернуться в Москву. Немедленно.

Оперативник положил ладонь на голову пса.

- Знаю, ты не хочешь возвращаться, но придется. Не переусердствуй с превращением в собаку. Мы будем за тобой наблюдать.

- То есть, - пес сбросил руку Гилрода и трансформировался в человека. – Если мне приспичит с тобой увидеться, достаточно будет загрызть еще одного насильника?

Оперативник улыбнулся и протянул Славе руку.

- Лучше не надо.

Оборотень усмехнулся, обнял Гилрода и похлопал по спине.

- Не прощаюсь. На всякий случай.

Отстранившись, он махнул Ефросинье и открыто посмотрел на эльфийку.

- Я готов. Перемещайте!

- Ихма!

Ведьма поднялась со своего места. Было видно, что она недовольна решением судей, но вмешиваться в процесс права не имела. Она выдернула из головы клок волос, испепелила его и подула. Как только крохотные черные с красным искры долетели до оборотня, он исчез.

- Гилрод! – воскликнула Ефросинья.

- Магичка Ефросинья, - произнес Шупейн, - дочь Хазара, придворного мага Ильсборга. Добровольно ли вы покинули отчий дом?

- Добровольно, - подтвердила девушка.

- В связи с перевесом Весов обвинений в соучастии и сокрытии преступников вам предъявлено не будет. Вам предписано вернуться к отцу. Ихма!

- Гилрод! – снова выкрикнула девушка и протянула руку сквозь прутья.

Оперативник улыбнулся.

- У тебя все будет хорошо, - пообещал он. – Береги себя!

Ведьма вырвала клок волос, и спустя секунду клетка опустела.

- Заседание закончено, - произнес Шупейн. – Все свободны.

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить